У последней границы


Глава XVI

Напряжение, которое было написано на лице Смита, огромные усилия, которые он делал
над собою, чтобы выразить словами то, что скопилось у него на душе, все это отнюдь не
взволновало Алана, и он спокойно ждал обещанных разоблачений. Вместо подозрений, он
скорее испытывал чувство удовлетворения, так как предвидел, о чем будет идти речь. Все, что
он недавно пережил, сделало его менее требовательным к человеческой нравственности, в то
время как прежде непреклонность его принципов граничила с бесчувственностью. Он думал,
что реальная суровая необходимость толкнула Мэри Стэндиш на Север, но все же готов был
теперь опровергнуть все, что говорило не в ее пользу.
Алан хотел знать правду, но в то же время боялся того момента, когда девушка ему сама
откроет ее. Тот факт, что «Горячка» Смит каким-то путем обнаружил эту правду и собирается
ею поделиться с ним, могло значительно помочь выяснить положение.
— Начинайте, — сказал он наконец. — Что вы знаете о Мэри Стэндиш?
Смит облокотился на стол. В его глазах можно было прочесть страдание.
— Это бесчестно. Я знаю. Человек, который оговаривает женщину, как это делаю я,
заслуживает пулю в лоб. Если бы речь шла о чем-нибудь другом… то я, пожалуй, держал бы
про себя. Но вы должны знать. И вы не можете сейчас понять, как это бесчестно с моей
стороны. Вы не ехали вместе с ней в карете во время урагана, опрокинувшего на нас Тихий
океан, и вы не проделали с ней всего пути от Читины сюда, как это сделал я. Если бы вы это
испытали, Алан, то чувствовали бы желание убить того человека, который скажет что-нибудь
против нее.
— Я не спрашиваю вас о ваших личных делах, — заметил Алан. — Они касаются только
вас.

Рекомендуем: