У последней границы

Здесь они отдохнули и, дождавшись прохлады позднего вечера, когда на землю спустились
золотистые сумерки, двинулись дальше к горам.
Летняя жара и комары — крылатые бичи низменных пастбищ — заставили оленей
подняться на более прохладные плоскогорья и в долины. Здесь они разбились на небольшие
группы, медленно расстилавшиеся по плато, переходя с места на место по покрытым травой
склонам холмов и гор. В общем, десять тысяч голов Алана были разделены на три стада. Два
больших двигались к западу, а третье — в тысячу голов — направилось к северу-востоку.
Первые два дня Алан оставался с ближайшим стадом. На третий день он вместе с Тотоком и
двумя вьючными оленями прошел горное ущелье и добрался до пастухов второго, более
многочисленного стада. Им начало овладевать странное нежелание торопиться; это чувство
росло по мере того, как с каждой милей и с каждым часом пути его все сильнее охватывала
одна и та же мысль. Огромное количество переживаний было заглушено убеждением, что Мэри
Стэндиш должна будет покинуть ранчо, когда он вернется. В Алане жило суровое понятие о
чести, особенно сильно проявлявшееся тогда, когда дело касалось женщины. Хотя он и не
считал, что любимая им женщина связана какими-либо узами с Джоном Грэйхамом, будь то
правом или справедливостью, он знал, что она должна будет оставить его ранчо. Оставаться у
Алана — это было совершенно немыслимо. Он отправится с ней до Танана и проводит ее до
Штатов. Дело будет улажено мирным путем, и они вместе вернутся назад.
Но против этого решения боролось что-то такое в его душе, что его воля пыталась
подавить, но все же не могла окончательно сделать. Вот это «что-то»с непреодолимой
настойчивостью убеждало его не выпускать из рук счастливого дара судьбы; оно твердило ему,
что при первом удобном случае он должен покончить с Джоном Грейхамом, покончить тем
самым способом, о котором он так безумно мечтал в редкие мгновения, когда огонь искушения
сжигал его.
На четвертую ночь Алан спросил Тотока:
— Что бы ты сделал, если бы Киок вышла замуж за другого?
Тоток не сразу посмотрел на него. В глазах надсмотрщика за стадом засветился дикий
немой вопрос, как будто в его медленно работавший мозг внезапно проникло подозрение,
никогда раньше не закрадывавшееся туда. Алан успокаивающим жестом положил руку ему на
плечо.

Рекомендуем: