У последней границы

Через несколько секунд Соквэнна, сидевший на корточках у маленького окна чердака, где
он провел с винтовкой на коленях столько времени без сна, увидел своего хозяина, который
шел по открытому месту. Что-то в походке Алана вызвало в памяти старика воспоминание о
давно прошедших днях, когда расщелина Привидений гудела от криков битвы. Его руки,
сморщенные и скрюченные теперь от старости, принимали участие в героической защите
своего народа от угнетателей, пришедших с далекого Севера.
Затем Соквэнна увидел, как Алан вошел в дом, где был Росланд; пальцы старика тихо
застучали по старинному барабану, лежавшему рядом с ним. Его взгляд устремился на
отдаленные горы, и он запел про себя старую боевую песню, умершую и забытую всеми, кроме
Соквэнны.
Он закрыл глаза, и снова из тьмы выступила яркая картина: извилистые тропинки, по
которым собирались бойцы, на лицах которых выражалась жажда битвы.

Глава XXII

Когда Алан вошел в свою комнату, закрыв за собой дверь, Росланд сидел у письменного
стола. При виде вошедшего, он не обнаружил ни малейшего волнения и поднялся, чтобы
поздороваться. Росланд сидел без пиджака, засучив рукава, и он не пытался скрыть, что вволю
порылся в книгах и бумагах хозяина хижины.
Он приблизился к Алану, протягивая ему руку. Это был не тот Росланд, который на
«Номе» советовал Алану не вмешиваться в чужие дела. Он держал себя так, будто встречал
друга, и приветливо улыбался перед тем, как заговорить. Что-то такое побудило Алана ответить
улыбкой. Под этой улыбкой скрывалось восхищение перед самообладанием неожиданного
гостя. Небрежно пожав протянутую руку, Алан заметил, однако, что в теплом пожатии
Росланда не чувствовалось неуверенности.

Рекомендуем: