У последней границы

— Закон?
Голос Алана походил на дикий хохот.
— Да, закон. Закон стоит за нас. Мы обладаем неотъемлемым правом вернуть
похищенную жену, пленницу, которую вы принудительно и с преступными намерениями
удерживаете. Но мы не хотим пускать в ход закон, пока не будем к тому вынуждены. Вы и
старый эскимос убили троих наших людей и двоих ранили. Вас ожидает веревка, если вы
попадетесь живым. Но мы готовы забыть все, если вы примете предложение, сделанное мной
сегодня. Что вы скажете?
Алан был ошеломлен. Он не мог говорить от ярости, сознавая чудовищную уверенность, с
которой Грэйхам и Росланд вели свою игру. Но он все еще молчал, а Росланд продолжал
убеждать его, думая, что Алан наконец сдастся.
Наверху, на темном чердаке, старый Соквэнна слышал голоса, напоминавшие шепот
призраков. Он, скорчившись, лежал под окном, и холод медленно охватывал его. Но голоса
пробудили старого воина. Это были не чужие голоса — они доносились из далекого прошлого,
они взывали к нему, они убеждали его и настойчиво звенели в его ушах криками мести и
торжества, знакомыми именами, стонами женщин, рыданиями детей. Призрачные руки помогли
ему, и в последний раз Соквэнна выпрямился у окна. В его глазах отражался свет горящего
дома. Он с трудом поднял свою винтовку. Слыша за собой взволнованные голоса своего
народа, он припер винтовку к оконной раме и, задыхаясь, направил ее на фигуру, двигавшуюся
между ним и ослепительным светом чудесного солнца, каковым казался ему пылающий дом.
Потом он медленно и с большим трудом нажал на курок, и последний выстрел Соквэнна
исполнил свое назначение.
При звуке выстрела Алан выглянул в окно. Одно мгновение Росланд неподвижно стоял,
потом палка с белым флагом в его руках закачалась и упала, а следом за ней, не издав ни звука,
Росланд сам тоже медленно начал опускаться, и темное неподвижное пятно осталось на земле.

Рекомендуем: