У последней границы

— Мы почти пришли, — успокоил он ее. — Когда-нибудь вы полюбите эту мрачную
расщелину, как я люблю ее. И мы вместе пройдем ее всю до самых гор.
Несколько минут спустя они подошли к груде обвалившихся песчаниковых скал,
возвышавшихся до середины крутой стены. Здесь они начали карабкаться вверх, пока не
достигли плоского выступа, в котором находилось большое углубление с ровной, как стол,
поверхностью, покрытой белым песком. Мэри никогда не могла бы забыть своего первого
впечатления при виде этого места. В нем было что-то странное, таинственное. Казалось,
сказочные феи принесли белый песок для ковра и устроили здесь для себя убежище, куда не
проникали ни ветер, ни дождь, ни снег. И словно для того, чтобы придать ее воображению
большую живость, от потолка пещеры начиналась извилистая трещина, доходившая до
поверхности тундры. Казалось, этим ходом могут пользоваться только феи; значит, то были феи
тундры, спускавшиеся по трещине от цветов и солнца. Здесь они прятались от злых духов
расщелины. Что-то приятное и чарующее было во всех этих глупых мыслях, и под их влиянием
Мэри заставила себя улыбнуться Алану. Но его лицо внезапно приняло суровое выражение.
Мэри посмотрела в расщелину, по которой они с таким трудом пробирались до безопасного
места. То, что она увидела, заставило ее позабыть о всяких феях.
Сквозь хаос и нагромождение скал приближались люди. Их было много, и они вливались
из темной чащи ущелья на освещенное место. Впереди них шел человек, на которого Мэри
Стэндиш в ужасе устремила свой взор. В лице ее не было ни кровинки, когда она посмотрела на
Алана. Он догадывался о правде.
— Этот человек — впереди? — спросил он.
Она кивнула головой.
— Да.
— Это Джон Грэйхам?
Она с трудом ответила:
— Да, Джон Грэйхам.

Рекомендуем: