У последней границы

Алан медленно поднял винтовку. В его глазах горела страшная решимость.
— Я думаю, — сказал он, — что отсюда я легко убью его.
Девушка дотронулась до его руки и посмотрела ему прямо в глаза. В ее взгляде не было
больше страха, в них светилась просьба.
— Я думаю о завтрашнем дне, Алан, о следующих днях, о многих годах с вами, —
прошептала она. — Алан, вы не должны убивать Джона Грэйхама… хотя бы до тех пор, пока не
обнаружится, что это единственное средство. Вы не должны…
Грохот выстрела, раздавшегося между скалами, прервал ее. Пуля зловеще прожужжала.
Мэри слышала, как она во что-то ударилась. Ее сердце перестало биться, от смертельного ужаса
окаменело все ее тело. Она увидела быструю и страшную перемену в лице любимого человека.
Он пытался улыбнуться ей. Красное пятно выступило там, где седая прядь волос опускалась на
лоб. Потом он начал опускаться к ее ногам. Его винтовка загремела, стукнувшись о выступ
скалы.
Мэри знала, что это была смерть. В глазах у нее все потемнело… В голове помутилось…
Она пронзительно вскрикнула. Даже люди внизу поколебались и остановились. Их сердца
забились от нового чувства, когда жуткий женский крик прозвучал между скалистыми стенами
бездны. А вслед за криком до них донесся голос:
— Джон Грэйхам, я убью тебя!.. Убью тебя!
Схватив упавшую винтовку Алана, Мэри Стэндиш приготовилась к мести.

Глава XXVII

Она ждала. Озарение матери, защищающей своего детеныша, овладело ею. Стон отчаяния
и бесконечной скорби вырвался из ее груди. Секунды проходили. Девушка не стреляла слепо,
так как знала, что должна убить Грэйхама. Ее тревожила странная пелена, упорно застилавшая
глаза. Она пыталась овладеть собой, но не могла. Она не сознавала, что из ее груди вырываются
рыдания, когда она наклонилась за винтовкой. Люди быстро приближались, но Мэри потеряла
из виду Джона Грэйхама. Его люди дошли до груды песчаниковых скал и начали взбираться
вверх. Горя безумным желанием найти ненавистного человека, Мэри вышла из-за укрытия. Все
люди выглядели одинаково. Они подвигались все ближе и прыгали, как большие зайцы тундры;
внезапно ей показалось, что все они — Джон Грэйхам и что она должна быстро и без промаха
убивать. Только попрятавшиеся в щелях феи могли бы понять, как колебался рассудок
девушки, почти отказываясь служить ей, в те секунды, когда она открыла стрельбу. И конечно,
Джон Грэйхам и его люди тоже не догадывались о ее состоянии, так как первый ее выстрел
попал в цель: сейчас же, следом за выстрелом, со скалы покатился человек. Потом она
продолжала стрелять до тех пор, пока безрезультатный треск курка не сказал ей, что в ружье
нет зарядов. Выстрелы и отдача приклада, причинявшая боль хрупкому плечу девушки,
прояснили ее зрение и мозг. Она увидела, что люди подходят… все ближе… вот они уже так
близко, что можно ясно различить их лица. И снова ее охватило безумное желание убить Джона
Грэйхама.

Рекомендуем: