У последней границы

— Я думаю, что обстоятельства дают мне на это право, — объяснил он. Через одно
мгновение он поднял голову, и на лице его застыло озадаченное выражение. — Дверь заперта
изнутри, и ключ торчит в скважине.
Он начал стучать в дверь кулаком и стучал до тех пор, пока кожа на суставах не
покраснела. И все-таки никто не откликался.
— Странно, — пробормотал он.
— Очень странно, — согласился с ним Алан, стоявший прислонившись к двери.
Он отошел и одним ударом плеча высадил дверь. Тусклый свет коридорной лампы проник
в каюту. Трое мужчин пристально вглядывались в полумрак. Росланд лежал в постели. Его лица
нельзя было ясно различить; голова была запрокинута, словно он устремил взор в потолок.
Даже теперь он не пошевельнулся и не произнес ни слова. Марстон вошел в каюту и зажег свет.
В течение десяти секунд никто не двигался. Потом Алан услышал, как капитан Райфл прикрыл
за ними дверь, а Марстон испуганно прошептал:
— Боже мой!
Росланд лежал на спине. Он был раздет и ничем не покрыт. Руки были раскинуты, голова
заброшена назад, а рот широко открыт. Кровь залила простыню под ним и стекала по краям на
пол. Глаза Росланда были слегка приоткрыты…
После первого потрясения доктор Марстон быстро подошел к кровати. Он наклонился над
телом, и в тот момент, когда он повернулся спиной, взгляды капитана Райфла и Алана
встретились. Одна и та же мысль, а через секунду сомнение в ней промелькнули у них обоих.
Марстон заговорил с профессиональным спокойствием:
— Удар ножом близ правого легкого, а может быть, и в самое легкое. Ужасный синяк под
глазом. Он еще жив. Пусть он так лежит, пока я не вернусь с инструментами и материалами для
перевязки.
— Дверь была заперта изнутри, — сказал Алан, как только доктор вышел. — Окно
закрыто. Это похоже на самоубийство. Это возможно: между ними могли произойти какие-то
недоразумения, и Росланд избрал этот путь… вместо могилы в море.

Рекомендуем: