Филипп Стил

— Ну-ка, вспомните, вы занимались тем же самым в Нельсоне, — произнес он. — Вы
забыли, видно, что случилось потом?
— Не злитесь, приятель, — обернулся Номи с вызывающей усмешкой. — В любви и на
войне все средства хороши. Там была любовь, а тут до любви не ближе, чем до экватора.
В его смехе было нечто такое, от чего губы Стила мрачно сжались, когда тот выходил из
хижины. Уже не первый раз ему приходилось слышать горловой смешок Номи при упоминании
о некоторых женщинах. И это больше, чем что бы то ни было, возбуждало в нем ненависть к
сослуживцу. Физически Бек Номи был великолепным экземпляром мужчины и, без сомнения,
самым красивым конным стражником к северу от Виннипега. И в то время как мужчины
единодушно презирали его за все его проделки, женщины поклонялись ему и обожали его — до
тех пор, пока не убеждались, подчас уже слишком поздно, в полном отсутствии у него каких бы
то ни было моральных устоев. Нечто подобное случилось в Нельсон-Хаузе, и Филипп
испытывал великий соблазн избить Номи до полусмерти, когда он вспомнил происшедшую там
трагедию. А что случится теперь? Эта мысль была для него ушатом холодной воды. Но уже
через секунду его зубы сверкнули в усмешке, когда он вспомнил выражение чистоты и
преданности на лице миссис Беккер. Он тихо засмеялся про себя, вытаскивая из-под койки
мешок; но в смехе этом не было и тени его обычного добродушия. Из мешка он извлек сверток,
покрытый легкой корой березы, развернул кору и достал череп, привезенный сюда с юга.
Волнение трепетало в его тихом смехе, когда он окинул взглядом полутемную хижину. С
бревенчатого потолка свисала большая керосиновая лампа с жестяным рефлектором, и под эту
лампу он повесил череп.

Рекомендуем: