Филипп Стил

Огонек вспыхнул еще ярче, и ему показалось, будто он видит лицо, обращенное в ночь, в
сторону его хижины.
Через секунду он уяснил себе, что то было женское лицо. Потом в доме агента открылась
дверь, и какой-то силуэт выскользнул из нее.
Стил вернулся к себе в хижину и стал ждать. То был полковник. Он трижды громко
стукнул в дверь хижины.
— Следовало бы выйти и пожать ему руку, — пробормотал Стил. — Следовало бы
сказать ему, что он не единственный мужчина, чей идол разбился вдребезги и что легкий флирт
миссис Беккер не единственная причина того, что произошло.
Но вместо этого он молча дождался ухода полковника и покинул пост, устремив взгляд на
узкую тропинку, которая терялась в черных лесах запада.

Глава IV. ШЕЛКОВЫЙ ШАРФ

Чувство одиночества, более глубокое, чем он мог предположить, тоска, бывшая почти
физической мукой, охватили Филиппа, когда озеро Бен осталось за его спиной. В полумиле от
поста он остановился под сенью густой сосны и прислушался к доносившемуся издали глухому
собачьему лаю. После всего — правильно ли он поступил? Он резко рассмеялся, и кулаки его
сжались при мысли о Беке Номи. С этим он поступил правильно. Но посылка черепа миссис
Беккер — была ли она правильным поступком? Словно молния, вспыхнула перед ним сцена у
костра — миссис Беккер и полковник, ее золотовласая голова, покоящаяся на плече супруга, ее
милые синие глаза, в которых горела вся гордость, вся преданность женщины, когда она
смотрела в его седобородое лицо. Потом это видение сменилось другим — сценой у камина в
доме агента. Он увидел румянец на щеках у женщины, жадно внимавшей приглушенному
голосу Бека Номи, он вновь увидел выражение какой-то необычайной мягкости в ее глазах, и
сероватую бледность, разлившуюся в лице полковника, когда он посмотрел на флиртовавшую
пару. Да, он поступил правильно. Она вовремя овладела собой, но она доставила несколько
очень тяжелых минут полковнику и ему, Филиппу. Она разбила его идеал, о котором он
постоянно грезил, который он постоянно искал, но никогда не находил. Она нисколько не
лучше девушки, написавшей гиацинтовое письмо, говорил он себе теперь, той девушки, у
которой в золоте волос и небесной синеве глаз таилось коварство, разбивающее мужские
жизни. Чистый белый череп мсье Жаннета и повесть о том, как и почему умер мсье Жаннет,
будет для нее не слишком строгим наказанием.

Рекомендуем: