Филипп Стил

Черный лес смыкался вокруг путешественников, и Филипп, взглянув на серые спины собак, на
молчаливого индейца, шедшего впереди, почувствовал, как мелкая дрожь пробежала по его
телу. Он мысленно нарисовал себе образ Де-Бара, и этот образ пришелся ему по вкусу. Такого
человека он бы с гордостью назвал своим другом. Но сгущающиеся сумерки, серый силуэт
индейца и бесшумные тени собак, мертвое безмолвие вокруг — все это заставляло его помнить,
что кроме Де-Бара-человека есть еще и Де-Бар — «аутлоу».
И этот Де-Бар шел впереди и подстерегал его и замышлял ловушки, как тогда, когда
четверо других поочередно преследовали его. Эта игра была уже ему не внове. Четыре человека
пали жертвой этой игры, и каждый из них был ему еще более смертным врагом, чем
предыдущий. Быть может, он был совсем близко от Филиппа и готовил ему ту же участь, что и
его предшественникам. Кровь закипела в жилах Филиппа при этой мысли. Он обогнал собак,
остановил индейца и исследовал дорогу. Она была проложена давно. Холод заморозил
глубокие следы собаки Де-Бара и затянул тонкой пленкой впадины от его лыж.
Он вернулся к саням и отвязал свой карабин. В мгновение ока вся его симпатия к Де-Бару
исчезла. Не с законом боролся он теперь, не закону грозил он гибелью, а ему самому, Филиппу.
Филипп пошел вперед, напряженно прислушиваясь. При каждом шорохе, при каждом хрусте
мерзлых веток его пальцы стискивали затвор карабина, а сердце билось сильнее. Несколько раз
он пытался заговорить с индейцем, но тот не понимал ни слова и упорно молчал.
Когда окончательно стемнело, они разложили костер и поужинали.
На заре они двинулись дальше. Дорога все еще казалась давно проложенной. Та же самая
морозная паутина, те же самые следы Де-Баровой собаки и его лыж свидетельствовали о том,
что он здесь проходил давно. В течение следующих суток они шли шестнадцать часов. Пленка,
затягивающая следы Де-Бара, становилась все тоньше. На следующий день они шли
четырнадцать часов, потом двенадцать и, наконец, пленка исчезла вовсе. Им попадались на
дороге остатки костров, разложенных Де-Баром, и в этих кострах под пеплом еще тлели угли. К
этому времени они достигли реки Шарло, и индеец пошел обратно в Фон-де-Лю. Филипп
двинулся дальше в сопровождении двух окончательно охромевших псов.

Рекомендуем: